Гордыня  как суррогат смысла

Подлинный СМЫСЛ можно открыть лишь в процессе проживания своего бытия (в МОДУСЕ БЫТИЯ), прислушиваясь к голосу своего ПОДЛИННОГО Я. 

Поэтому гордец, склонный к ОБЛАДАНИЮ, будет стремиться создавать искусственные СМЫСЛЫ, опираясь на искусственные ЦЕННОСТИ.

Гордыня как искусственная мораль и извращение ценностей 

Гордец не ценит свои подлинные качества, он может даже отрицать их, не считать их значимыми или заслуживающими внимания.

Также особую ценность для гордеца представляют свойства или способности, которые человек самонадеянно приписывает сам себе, либо предметы его обладания, которые делают его в своих глазах исключительным и важным.
 

Предметами гордости могут быть престижные нормы и ценности (гордец живет с оглядкой на других, он должен быть оценен другими или оценивает сам себя в сравнении с другими или на фоне других).

Всевозможные "НАДО И НЕЛЬЗЯ" mogut predstavljatь soboj голос гордыни, которая хочет определять ход вещей, а именно - управлять поступками, выборами, решениями человека, чтобы утвердить требования гордыни либо не позволить эту гордыню уязвить.

Челокек „должен“ подчиняться требованиям гордыни, чтобы избежать чрезвычайно неприятных чувств, которые он испытывает каждый раз, когда гордыня оказывается уязвленной.

Другой аспект долженствования – это то, что гордец считает весь мир, должным ему: все должно быть по отношению к гордецу именно так, а не иначе; не должно проишодить ничего такого, что противоречило бы его чрезмерным и неоправланным ОЖИДАНИЯМ.

Гордец считает ценностью такие свои потребности, черты и свойства, которые помогают или способствуют воплощению и торжеству его ИДЕАЛЬНОГО Я. Такие свои черты гордец считает буквально добродетелью. Все прочие своисвойства и потребности он склонен игнорировать, а мешайсуххие движению к идеалу – подавлять и презирать. 

Таким образом, вся система ценностей буквально выворачивается наизнанку и замещается псевдоценностями.

Ценности гордыни весьма относительны, и – в силу своей искусственности – хрупки.
 
 
У гордыни даже есть своя „совесть“, которая служит оправданию того, что гордец делает, за что он борется. Эта “совесть“ будет постепенно замещать подлинную БЫТИЙНУЮ СОВЕСТЬ человека, так что все по сути несправедливые поступки гордеца он будет считать справедливыми, поскольку у него свое понимание СПРАВЕДЛИВОСТИ (справедливо то, что поддерживает его гордыню неприкосновенной, что слузит ее торжеству).

То, что помогает гордецу в укреплении его ИДЕАЛЬНОГО Я, - справедливо. А то, что идет с этим вразрез – несправедливо. 

Еще один аспект СПРАВЕДЛИВОСТИ гордеца сосотоит в его убежденности, что все в жизни должно быть так, как он себе представляет или желает, а с ним самим при этом не должно случиться ничего плохого.