Как часто мы сетуем на то, что не понимаем того или иного человека, не понимаем мир или самих себя. Я думаю, причина здесь в том, что мы не умеем общаться ни с другими людьми, ни с миром, ни с самими собой. Не умеем постигать других и себя. Мы чаще общаемся не с человеком, как таковым, а с нашим представлением о нем. Или же отдельные составляющие нашей САМОСТИ (см. ДАЛОГИЗИРУЮЩАЯ САМОСТЬ) общаются между собой. При этом собеседники теряют из виду личность друг друга.

Или же, согласно Эрику Берну, в общении двух людей каждый из участников может выступать в одной из трех ипостасей: ребенок, родитель и взрослый. 

При общении "родителя" и "ребенка" мы увидим, что один будет доминировать, требовать, поучать, ругать, наказывать, а второй будет слабой и нередко обиженной жертвой. Хотя "ребенок" может и выиграть, если он получит сильного покровителя в лице "родителя", который возьмет на себя ОТВЕТСТВЕННОСТЬ за все происходящее, который способен защитить и спасти, позволить спрятаться от пугающей жизни.

Отношение двух "родителей" или двух "детей" могут оказаться весьма конфлитными и деструктивными.

Только общение со "взрослых" позиций является путем к пониманию, точнее, к ПОСТИЖЕНИЮ друг друга. И это возможно лишь при условии ДИАЛОГА, котрый является основой отношений человека с миром, с другим и с самим собой, предполагающих раскрытие человека другому и миру. 

***

Однако часто мы не умеем или не хотим раскрываться - ни другим, ни миру, ни самим себе. Мы боимся неопределенности, которая всегда присуща встрече с другим, с миром или с собой. Ведь диалог . всегда спонтанен, и никто из участников диалога не в состоянии предвидеть, как он будет развиваться, в каком направлении пойдет, какие темы затронет, к каким результатам приведет. Это обстоятельство, безусловно, способно вселять в собеседников тревогу.

Например, ОПАСЕНИЕ впустить другого человека в свой внутренний мир или показать другому свои чувства (ТРЕВОГА ПРОЯВЛЕНИЯ ЧУВСТВ) ставит непреодолимый барьер в общении двух людей, в их взаимном постижении и в их взаимодействии.

ТРЕВОГА НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ гарантирована человеку, который не доверяет себе и опасается непредсказуемости. Тревога «упорядочить» диалог, впихнуть его в правила, которые «должны» уменьшить непредсказуемость, убивают диалог, открывая дорогу МАНИПУЛИРОВАНИЮ или продвижению своих ИНТЕРЕСОВ в ущерб другому человеку.

Если человек не уверен в своих установках, ценностях и желаниях, то ведущей тревогой может стать ТРЕВОГА ИСКУШЕНИЯ, с ее страхами поддаться моментальным импульсам, возникающим в процессе общения.

ТРЕВОГА ОГРАНИЧЕНИЯ СВОБОДЫ может возникнуть, если человек не готов принять неписанные правила диалога, считая их неудобными для себя РАМКАМИ. 

Страх показать в диалоге свои истинное лицо может отражать ТРЕВОГУ ФРУСТРАЦИИ ГОРДОСТИ.

Поэтому-то люди стремятся подменить диалог банальным общением с целью манипулирования другими, продвижения своих интересов и решения определенных задач.

А интересы и задачи эти могут быть самыми разными, например: 

получение желаемого

сокрытие правды о самом себе

от самоутверждение 

потакание требованиям своей ГОРДЫНИ

навязывание другим людям своих УБЕЖДЕНИЙ, своей точки зрения или попытка изменения точки зрения других.

И, конечно же, это попытка убежать от одиночества. Поэтому сплошь и рядом мы имеем дело с монологами, замаскированными под диалог, которые проявляются в том, что два человека или несколько собравшихся людей говорят, по сути, с самими собой, не слушая другого, не видя в нем личность.
 

***

„Я хочу понять, почему ты ТАК поступила“ или „Я не понимаю, почему ты ТАКОЙ“… Фразы, подобные этим, являются нередкой причиной конфликтов и скандалов в отношениях между двумя людьми. Они напрягают, особенно если повторяются из раза в раз. А все происходит именно так, поскольку такие требования к другому – обращения к другому за „пояснениями“ – становятся часто едва ли не главным содержанием общения.

Не меньшую угрозу несут упреки типа „ты меня не понимаешь“. Человек будет стремиться донести до другого некую идею, касающуюся собственной личности. Настойчивое требование понимания, подобно капле, точит камень отношений. Другой воспринимается не как человек, который (как и все прочие люди) обладает весьма ограниченным потенциалом для понимания, а как некий аппарат, который „ДОЛЖЕН“ понять, но который почему-то заклинило. Но если в этом случае речь идет о некой „поломке“, которую можно "исправить", то в другом случае дело обстоит еще хуже. Так, человек может считать другого упрямцем, то есть "нарочно не понимающим" или "делающим вид, что он не понимает"...

Проблема „недопонимания“ или „непонимания“ одного человека другим усугубляется еще и тем, что каждый из участников общения не до конца понимает, вовсе не понимает или извращенно понимает один другого (см. также статью КОММУНИКАЦИЯ КАК ИСТОЧНИК НЕСЧАСТЬЯ).

Взаимопониманию мешает как то, что один не может донести в своем сообщении, что он хочет сообщить другому или на что он хочет его побудить, так и то, что другой трактует это сообщение по-своему.

Причинами первой проблемы может быть следующее:

• человек недостаточно четко может сформулировать свое сообщение, часто в силу неясности для него самого собственных желаний и мотивов и, соответственно, целей сообщения;
• человек не полностью осознает (или вообще не осознает), что его понимание ограниченно теми мотивами и значениями, которые он вкладывает в свое СООБЩЕНИЕ (причину этого мы рассматриваем, в частности, в статье МНОГОФАСЕТОЧНОСТЬ СЛОВА) – в итоге мы имеем недостаточно осознанное использование значений ключевых слов и всего сообщения, предпочтительное использование слов в абстрактном, размытом значении (часто человек попросту не осознает, что то или иное слово разные люди – да и один и тот же человек в разных контекстах – могут трактовать, порой, абсолютно по-разному).

К группе причин второй проблемы отнесем:

• не меньшую, чем для говорящего, проблематичность для слушающего четко осознавать значение сказанного;
• трактовку услышанного через призму собственных страхов, опасений, ожиданий и ПРОЕКЦИЙ;
• стереотипное восприятие того или иного контекста или сообщения, - либо в силу влияния предыдущего опыта, либо в силу ПРЕДРАССУДОЧНОГО отношения к источнику сообщения (к говорящему).

В результате мы можем иметь приблизительно такой диалог:

Он: “Что-то давно мы с дочкой не гуляли…”

Она: “Опять твои вечные упреки! Ты сам никогда палец о палец не ударишь! Только и можешь, что все на меня взваливать...”.

А он хотел всего лишь сказать: “Не прогуляться ли нам всем вместе немного вечерком”… Но в результате скандала все остались дома – обиженные и недовольные.

Гораздо сложнее обстоит дело, если в разговоре начининает идти речь о понятиях абстрактных или крайне многозначных. Возьмем для примера попытки выражения друг другу своей любви.

Для одного любовь – это, прежде всего, "обнимашки-целовашки", для другого – совместная работа по дому, для третьего – посещение спектаклей и концертов и единодушие в их последующей трактовке. Поэтому каждый может воспринять проявления искреннейшей и глубочайшей любви другого как насмешку над собственными чувствами и потребностями, если понимание каждым понятия "любовь" существенно отличаются.

Еще меньше шансов на успех у попыток человека показать, что ему недостает тепла. Такие попытки часто трактуются другой стороной как упреки или черная неблагодарность, если эта другая сторона считает, что она выкладывается в своих проявлениях любви по максимуму.

***

В заключение я хочу привести цитату из работы Томаса Гоббса о речи - речь идет о "злоупотреблении речью":
"четыре злоупотребления речью:

Первое, когда люди неправильно регистрируют свои мысли из-за неустойчивого значения употребляемых ими слов, в силу чего люди регистрируют в качестве своих представлений то, что они никогда не представляли, и, таким образом, обманывают себя.

Второе, когда они употребляют слова метафорически, т. е. в ином смысле, чем тот, для которого они предназначены, обманывая этим других.

Третье, когда они словами объявляют как свою волю то, что ею не является.

Четвертое, когда слова употребляют, чтобы причинить боль друг другу. В самом деле, мы видим, что природа вооружила живые существа для причинения боли врагу: одних - зубами, других - рогами, а третьих - руками.

Далее Гоббс делает некое отступление, подчеркивая допустимость "боли" в воспитательных целях:

„причинение боли человеку языком есть злоупотребление речью, кроме тех случаев, когда это относится к человеку, которым мы обязаны руководить; но в таком случае это уже не причинение боли, а наставление и исправление“.

см. таже ЗЛОЯЗЫЧИЕ 

***

Желание человека быть понятым нередко скрывает его стремление той или иной ценой (нередко, с помощью жесткого манипулирования или даже насилия) склонить других людей к тому, чтобы они встали бы на его позицию, разделили бы его УБЕЖДЕНИЯ (см. ОТНОШЕНИЯ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ).

Между тем, к пониманию все это имеет самое отдаленное отношение. Ведь мы вполне можем узнать точку зрения другого человека, то есть, понять, какие убеждения он имеет. Но этого ему может оказаться недостаточным, если мы не разделим с ним его убеждения или не изменим свои, которые ему кажутся неправильными.

Навязывание другим собственных убеждений может быть отражением сверхценного характера этих убеждений (идей) для человека. Если другие придерухиваются иного мнения, то человек может чувствовать себя непонятым или даже оскорбленным.

Это одна из ведущих причин конфликтов в отношениях, когда вместо ДИАЛОГА мы имеем дело с монологами людей, пытающихся изменить точку зрения своих партнеров по отношениям (по общению). Такие войны на почве убеждений делают всех участников отношений несчастными.